Интересная книга попалась в сети – «Канатоходец», роман английского писателя Десмонда Бэгли, опубликованный в 1973 году.

Интересная книга попалась в сети – «Канатоходец», роман английского писателя Десмонда Бэгли, опубликованный в 1973 году.
Художественная составляющая книги на мой вкус – на любителя, но учитывая то, что ключевое место в книге, это Энсо – Светогорск, было очень интересно почесть именно те моменты, что касаются нашего города. Там есть и про наших пограничников, про комбинат и даже строящаяся БДМ упоминается, действия происходят на улицах Светогорска.
Вырезал несколько кусков книги сюда, а целиком ее можно прочесть тут –
https://samlib.ru/a/aristah_w_s/kanatohodec.shtml
----------------------------------------------------------------------------
Армстронг посмотрел на курящиеся фабричные трубы.
– Это Палец Сталина, – многозначительно сказал Кэри. – Светогорск!
Армстронг поднес бинокль к глазам. Трубы моментально увеличились в размерах: он мог различить даже отдельные кирпичи.
– Боже мой, – произнес он, – да это же фактически пригород Иматры!
Несколько минут он не отрываясь разглядывал окрестности, а затем неохотно отложил бинокль.
– Что вы там говорили по поводу Сталина?
– Палец Сталина – это местное название. После войны русские решили передвинуть границу и собрались на одно из своих совещаний. Светогорск, который в то время назывался Энсо, был славным индустриальным городком с развитой бумагоделательной промышленностью. Один из русских проводил ручкой по карте новую границу. Когда он дошел до Энсо, то увидел, что Сталин положил свой палец у него на дороге. Он посмотрел на Сталина; Сталин ему улыбнулся. Тогда он пожал плечами и обвел палец Сталина – таким образом Энсо и оказался в России.
Армстронг взял из холодильника бутылку пива. Когда Кэри вернулся в гостиную, Армстронг указал на большую медвежью шкуру, висевшую на стене.
– Это шкура русского медведя?
– Все может быть, – Кэри мрачно улыбнулся. – Об этом я тоже собираюсь с тобой потолковать, – он сел и положил чемоданчик на стол. – Я реалист и поэтому называю Светогорск Светогорском, но когда мы будем разговаривать с финнами, этот город следует называть Энсо и никак иначе. Для них это в известной степени больной вопрос.
------------------------------------------------------------------
– Сегодня вечером мы собираемся встретиться с финнами, которые не согласны с линией Паасикиви. Это крайне правая группировка. Я лично назвал бы их реакционерами, но эти парни могут переправить нас в Энсо. Если бы Кекконен знал, чем мы здесь занимаемся, то он бы поседел в одну ночь. Он неплохо ладит с русскими и хочет, чтобы так продолжалось и дальше. Ему не нужны инциденты, которые могут вызвать дипломатический взрыв и дать Москве повод для новых претензий. Нам тоже не нужен шум, поэтому с финнами, которые нам помогут, мы будем говорить тихо и в Энсо тоже будем вести себя тихо.
Встреча с финнами состоялась в тот же вечер в доме на окраине Иматры.
– Финны доки по части изготовления бумаги, – объяснил Кэри. – Русские не прочь извлечь выгоду из их мастерства. Они строят в Энсо новую бумажную фабрику. Все оборудование сделано в Финляндии, монтажными работами также занимаются финны, большинство которых живет в Иматре. Они ходят через границу каждый день.
Казалось, на Армстронга снизошло просветление.
– Мы пойдем вместе с ними? Как удобно!
– Не радуйся раньше времени, – проворчал Кэри. – Все не так просто, – он указал вперед. – Вот наш дом.
Армстронг остановил машину.
– Эта троица ходит через границу в Энсо?
– Совершенно верно.
– Но если Виртанен так ненавидит русских, то зачем же он помогает им строить фабрику? – удивленно спросил Армстронг.
– Они состоят в полулегальном секретном обществе крайне правой ориентации, свято верят в то, что шпионят за русскими, и готовятся ко "дню X", – Кэри пожал плечами. – На мой взгляд, их веревочка уже почти размоталась, и правительство скоро возьмет их за горло. Одна из трудностей линии Паасикиви состоит в том, чтобы придерживаться золотой середины между правыми и левыми партиями. Правительство не может слишком сильно давить на коммунистов из-за русских, но кому какое дело до того, что случится с кучкой неонацистов? Их придерживают до поры в качестве политического противовеса, но если они начнут выкаблучиваться, то их прихлопнут одним махом. Поэтому нам нужно использовать их, пока есть возможность.
----------------------------------------------------------------
– Нам в любом случае придется действовать тайно, – сказал Кэри. – Добраться до Энсо легальным путем нет никакой возможности – русским не нравится, когда иностранцы болтаются без присмотра в приграничных районах. За иностранцами в Ленинграде ведется наблюдение, – они начинают следить за тобой, как только ты выходишь из отеля "Европа". Нет, самый лучший путь – через границу и сразу же обратно. Они даже не узнают, что мы побывали у них в гостях.
Над фабричными трубами Энсо поднимались клубы черного дыма. Попетляв несколько минут по улицам, автобус въехал в заводские ворота и остановился возле длинного приземистого здания. Пассажиры собрали свои вещи и направились к выходу. Кэри взглянул на Хуовинена; тот кивнул.
Вместе с остальной группой они вошли в здание через проем в недостроенной стене и оказались в огромном зале. Сначала Армстронг не мог понять, что находится у него перед глазами – не только потому, что зрелище было слишком необычным, но и потому, что ему пришлось следовать за Хуовиненом, который сразу же круто повернул направо и отделился от остальных. Хуовинен провел их к задней части какого-то гигантского агрегата и остановился. Его лоб был покрыт крупными каплями пота.
– Мне бы следовало получить вдвое против того, что вы мне заплатили, – проворчал он.
– Расслабьтесь, – посоветовал Кэри. – Что теперь?
– В течение часа я должен находиться здесь, – ответил Хуовинен. – Нужно расставить людей по рабочим местам и провести пятнадцатиминутное совещание с Дзотенидзе, – он откашлялся и сплюнул на пол. – Я смогу вывести вас с завода через час.
– Следовательно, мы подождем, – сказал Кэри. – Где?
– В машине – где же еще?
Хуовинен указал на агрегат. Собранный лишь наполовину, он представлял собой огромную бумагоделательную машину с поточной линией длиной более трехсот футов и шириной около пятидесяти.
– Забирайтесь внутрь и снимайте куртки, – сказал Хуовинен. – Через десять минут я принесу вам кое-какие инструменты. Если кто-нибудь заглянет, вы будете подтягивать болты... в общем, сами придумаете, что делать.
Задрав голову, Кэри посмотрел на кран, с крюка которого свисал огромный стальной валик.
– Проследите за тем, чтобы эта штука не свалилась нам на головы, – сказал он. – И не задерживайтесь больше, чем на час. Пошли, Иван.
Армстронг последовал за Кэри в недра машины. Когда он оглянулся, Хуовинен уже ушел. В передней части агрегата они нашли подходящее помещение, видимо, предназначенное для оператора. Осмотревшись по сторонам, Кэри снял куртку.
– Нормальный британский рабочий в такой ситуации режется в карты с приятелем, – сказал он. – Не знаю, как насчет финнов.
Армстронг наклонился и выглянул наружу через сложное переплетение металлических ферм.
– Они работают, – доложил он.
Кэри хмыкнул.
– В таком случае, мы тоже приступим.
Мимо прошел человек. Что-то резко звякнуло о бетонный пол, затем шаги затихли в отдалении.
– Это инструменты, – сказал Кэри. – Принеси их.
Выбравшись наружу, Армстронг вернулся с набором гаечных ключей и молотком. Кэри критически осмотрел инструменты и приладил гаечный ключ к головке ближайшего болта.
– Все, что от нас требуется, – снять эту балку, а затем поставить ее обратно, – объявил он. – На это как раз понадобится около часа, – он налег на гаечный ключ, но тут же остановился. – Высунь-ка голову и посмотри, что может случиться, если мы ее снимем. Мне не хочется, чтобы все проклятое сооружение рухнуло на нас.
--------------------------------------------—
Через полтора часа они шли по улицам Энсо. Армстронг все еще оставался в рабочем халате и нес на плече лопату, но Кэри переоделся. По его заверению, теперь он был одет в форму инспектора водопроводной службы. Он, совершенно не скрываясь, нес в руке металлоискатель. К облегчению Армстронга, прибор имел металлическую табличку, согласно которой данное изделие было изготовлено па заводе "Совэлектро" в Днепропетровске.
Проходя по улице, они время от времени переговаривались между собой по-русски. Армстронг сразу же ощутил консервативную атмосферу, пропитывавшую улицы Энсо. "Возможно, – подумал он, ее создает русский стиль одежды, словно сошедший со страниц довоенных журналов мод". Он всегда испытывал это чувство во время поездок в Россию.
---------------------------—
Армстронг вцепился вспотевшими руками в рукоятки тачки и катил ее перед собой со скоростью, представлявшей смертельную опасность для пешеходов Светогорска.
Кэри быстро вышагивал рядом с ним, то и дело сбиваясь на бег трусцой. На углу улицы Армстронг остановился перед красным сигналом светофора.
– Чертов Борис Иванович! – в сердцах произнес Кэри. – Боже, храни нас всех от болтливых копов! От души надеюсь, что он получит разнос за опоздание на дежурство.
– Уже недалеко, – сказал Армстронг. – Остался один квартал. Я вижу отсюда бумажную фабрику.
Кэри вытянул шею и внезапно застонал.
– А я вижу этот проклятый автобус. Он как раз отходит.
– Он поедет по этой улице? Может быть, мы сумеем его остановить.
– Нет, прах его возьми! Он едет в другую сторону, – Кэри взглянул на часы. – Точно по графику. Хуовинену следовало бы оторвать яйца: он мог хотя бы на несколько минут задержаться с отправкой.
Загорелся зеленый сигнал, и Армстронг спустил тачку с тротуара на мостовую.
– Что теперь? – спросил он, когда они перешли улицу.
– Не знаю, – глухо ответил Кэри. – Нам нужно найти место, где мы не будем привлекать к себе внимания.
– Фабрика не хуже любого другого места.
– Нет, там есть сторож. Дойдем до следующего угла, а там посмотрим.
---------------------------------------------—
Улыбка слетела с лица пограничника при первых же звуках финского языка.
– Сержант! – завопил он.
Из дежурной комнаты вышел сержант, лениво застегивая ремень на ходу.
– В чем дело?
– Здесь два финна. Они пришли из города.
– Вот как? – сержант выступил вперед и окинул Кэри и Армстронга критическим взглядом, а затем посмотрел на тачку.
– Откуда вы пришли? – спросил он по-фински с чудовищным акцентом.
– С бумажной фабрики, – медленно и раздельно ответил Кэри. – Водитель автобуса оставил нас там, – он указал на тачку. – Нам нужно было собрать эти бумаги для нашего босса в Иматре. Мы долго возились с ними, а когда вышли на улицу, автобус уже ушел.
– Что за бумаги?
– Чертежи машин и вычисления. Взгляните сами.